?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Круглый стол «Ленин и революция». Моральный аспект
птенец
gol_olga

Пост является продолжением размышлений о моральном аспекте революции, возникших в результате посещения круглого стола «Ленин и революция» 16 апреля 2016 года. Тему морального аспекта революции, не заявленную в докладах, поднял д.ф.н. Александр Сергеевич Ципко, член Экспертного Совета Института социально-экономических и политических исследований.

Ципко, оговаривая, что мыслит как философ, сетовал на максимализм русских. Он выразил мнение, будто, к сожалению, это народ такой плохой, что не смог модернизировать страну другим путем, не через кровь. Эмоциональность его выступлений, однако, не смогла скрыть несоответствие тезисов. Ципко не замечал, что противоречит сам себе, и это бросалось в глаза. Например, утверждение, что для русских стремление к миру было сильнее, чем чувство национального достоинства, как-то необъяснимо сочеталось с утверждением об отказе большевиков от такой буржуазной ценности, как человеческая жизнь.

На мой взгляд, сравнивая отношение большевиков к человеческой жизни с таковым у буржуазных политиков, нужно отметить несколько моментов:

Во-первых, стремление к миру и ценность человеческой жизни – это ценности одного качества, причем первая ценность – мир – гораздо более высокого уровня. Она включает в себя, в том числе, и ценность человеческих жизней. А значит, учет большевиков стремления к миру среди ценностей русского народа подтверждает близость большевиков и народа в этом вопросе. Предъявляя счет большевикам по количеству пропавших жизней, следует учитывать спасенные человеческие жизни и судьбы благодаря выводу России из мировой войны.

Во-вторых, ценность человеческой жизни в буржуазном обществе – вопрос спорный. Она всего лишь декларируется, но не защищается последовательно. Ведь сам факт Первой мировой войны, положившей на алтарь буржуазного мира миллионы человеческих жизней, уже должен был бы насторожить философа в столь странном сравнении с такими однозначными оценками. Не большевики организовали Первую мировую. Именно империалистическая война сделала человеческие жизни малоценными, а вовсе не большевики. После гибели в бессмысленных военных действиях массы людей, защищавший революцию народ неизбежно сопоставлял применяемые средства с теми, которые были использованы империалистами (а вовсе не большевиками!) в войне. Да и нынешние события оранжевых революций под буржуазными лозунгами заставляют задуматься: кровь и эскалация насилия ради абстрактного торжества демократии наглядно демонстрируют несостоятельность тезиса о ценности человеческой жизни в буржуазном обществе.

В-третьих, не бывает человеческих споров, в которых виновен только один участник (всегда в той или иной степени виноваты обе стороны). Поэтому несерьезно предъявлять только большевикам счет за трагедии в ходе социалистического строительства. Отказ сотрудничать, саботаж и попытки контрреволюционных сил обратить историю вспять внесли свой вклад в методы, применяемые большевиками и в реализации своего проекта, и в выборе людей, на которых большевики опирались. Размышляя на эту тему, я всегда думаю о судьбе православных священников в первые годы советской власти. Если бы они все жили по божьим заповедям (люби Бога и ближнего, не собирай сокровищ на Земле, прости, не суди, не гневайся, примирись), сложно представить, будто их в массовом порядке преследовали бы. Нет сокровищ – невозможно и отбирание сокровищ. У большевиков были дела важнее, чем преследование Церкви – им страну надо было поднимать. В программе РКП(б) 1919 года черным по белому было написано, что необходимо устранять связь Церкви с эксплуататорскими классами, а не самих священнослужителей, и в антицерковной пропаганде недопустимо оскорблять чувства верующих.

Не хочу, чтоб кто-нибудь подумал, будто я оправдываю человеческие жертвы в качестве возможных «щепок» при построении благого общества. Конечно же, этого нет. Однако я призываю различать оценки людей и оценки событий и поступков. Оценивать поступки и события с точки зрения сегодняшней необходимо – чтобы учиться на уроках истории не допускать то, что в нынешнем обществе неприемлемо. И если после столыпинских пятерок возникли аналогичные методы подавления сопротивления контрреволюции, то сейчас, спустя многие десятилетия, такие средства возникнуть не должны. Однако оценивать людей, живших тогда и творивших историю, с точки зрения сегодняшнего дня, по меньшей мере, глупо. Даже если понятия добра и зла в разные эпохи совпадают, люди будут действовать по разному. Они руководствуются в своих поступках конкретными обстоятельствами вокруг себя и конкретным временем, примерами настоящего и прошлого. Они не имеют возможности оценить поступки с точки зрения наступивших последствий, оглядывая в целом результаты своих действий. Именно поэтому я считаю неправомерным обвинять строителей советского государства просто по факту принадлежности к этим строителям в недостаточных моральных качествах. Если бы коммунисты не ценили человеческую жизнь и сложившиеся веками понятия о том, что такое хорошо, и что такое плохо, то моральный кодекс коммуниста не был бы так похож на христианские принципы.

Очень благодарна организаторам круглого стола за возможность поразмышлять на поднятые темы. Чуть позже расскажу о преемственности.

  • 1
>Он выразил мнение, будто, к сожалению, это народ такой плохой, что не смог модернизировать страну другим путем, не через кровь.
А д.ф.н. не рассказал, какой народ смог модернизировать страну без крови? А то что-то таких народов на ум не приходит. В Англии было огораживание, проходившее весьма кроваво, во Франции - ВФР, в Германии множество крестьянских войн. В Америке - вообще гражданская война.
Вот как-то не получается модернизация без крови, к сожалению.

Не рассказывал. Он вообще, когда понял, что присутствующие ученые опираются на факты, стал говорить о том, что рассматривает вопрос не с традиционной точки зрения (или не с традиционной позиции, или высказывает нетрадиционные взгляды - я уж не помню, как это звучало). Но говорил о том, что смена мира, которую проводили большевики, привела к выходу за рамки гуманизма. Я там была как зритель, а не участник, да и темы "гуманизма" не было, поэтому молчала и слушала. Но помню, как меня этот бред удивил: это Первая мировая в рамках гуманизма, что ли?

"для русских стремление к миру было сильнее, чем чувство национального достоинства..."

А наше культурное поле постоянно формирует сознания, которое во врагах находит людей.)

А западное поле формирует образы врагов, как зомби, вампиров. Нелюдей, проще говоря. У них нет "прощенного воскресенья" и они не рефлексировали, убивая, так как тормоза не было. Он у них появляется только сейчас. ВРЕМЯ и русские!)))

  • 1